Если ж брюхо станет сытым, Незачем нам быть сердитым». Ждут с ухмылкой кабаны: — Уркш, уркш, уркш, мы голодны! Приговор разносит эхо. Бедной Рингле не до смеха. — Что ж, должна я сделать дело, Но сперва бы я хотела Вас погладить по щетинке, Почесать бока и спинки. Кабаны ей тут же хором: — Нету здесь в лесу забора, Рингла, мы давно бы сами Наши спины почесали, Почеши да поскорее! Солнце все сильнее греет. Смотрит Рингла: черепок Засиял у самых ног. Словно гребнем по щетине, Водит им. Бормочут свиньи, Словно в сладком полусне: — Уркш, уркш, уркш, и мне, и мне. Вот и кончена работа! Кабанов валит дремота. Разомлели кабаны, Захрапели кабаны, Больше Ринглу не пугают. И девчушка убегает. — Храбрым горе — не беда. Буду храброй, ай-дай-да! Пышет солнце в небе синем, Спят-храпят лесные свиньи. Рингла весело смеется: — Припекай их крепче, солнце, Я же легкими шагами Пробегу сейчас лугами. В стороне от них немного В царство Ричуса дорога. Снова лес… И на полянке Видит двух зайчат беглянка: То поскачут, то попляшут, То вдруг лапами помашут. В летней шубке рыжеватой Разыгрались, как котята! Только хвостик покороче Да длинны их ушки очень. Тянут к ним цветы головки. Даже божие коровки Засмотрелись на игру.