Как костры, глаза горят, Не захочешь повстречаться. Любит он шипеть, плеваться И грозить своим бревном. — Нет, к нему пойду я в дом,— Рингла тут же возражает,— Может, кот не обижает Заблудившихся в лесу. И себя и вас спасу. Как разбойник настоящий, В куче хвороста средь чащи Затаился Микус-кот. Рингла к Микусу идет… И слуга к ней выбегает, Подождать ей предлагает: — Любит кофе господин По утрам молоть один. Ждать так ждать! Она присела. Час прошел, ей надоело. И слугу она зовет. Он мурлычет: — Кофе пьет Господин… Она присела. Ждет-пождет. Ей надоело. И слугу погромче кличет. А слуга опять мурлычет: — Господин мой уши моет. Нет уж! Больше ждать не стоит! Кучу хвороста брык-брак! Раскидала так и сяк. Словно молния из тучи, Вылетает Микус злющий. И давай шипеть, плеваться: — Кто посмел распоряжаться Во владении моем? Мяу! Кто разрушил дом?! Но опешил вдруг котище; — Рингла, ты?! — А мы-то ищем Всюду нашего кота, Ай, да Микус, ай-да-да! Ты куда девался, старый? По пещерам и амбарам Ищем, ищем — не найдем! В куче хвороста твой дом? Мы бараниной кормили, И в повозке мы возили, Ты ж удрал от нас! Зазнался! — Я и сам добуду мяса. Не хочу быть попрошайкой. Ты зачем здесь? Отвечай-ка. Отвечает Рингла честно: